Минфин планирует в 2018 г. повысить налог на зарплаты свыше 796 тысяч рублей в год. Ваше отношение к этому?
Справедливо, богатые должны платить больше.
Станет меньше высоких заработков и легальных предпринимателей, зарплаты уйдут в тень.
Существуют более эффективные пути пополнения бюджета.
Затрудняюсь ответить.
Погода
Яндекс.Погода

Судьба Сирии в руках курдских женщин

29 сентября 2013 г.

Сирии было мало одной гражданской войны. Теперь столкновения происходят на северо-востоке, и участвуют в них курдские войска и радикальные исламисты. Город Рас-эль-Айне не только стоит на линии, разделяющей курдов и арабов, он расположен в непосредственной близости от турецко-сирийской границы. Курдских бойцов в Сирии от турецких вооруженных сил, неизменных врагов любой формы курдского сепаратизма, отделяют лишь железные ворота пятисантиметровой толщины.

«Быстрее, вперед, вперед», – кричит курдский командир Рошна Акид, приказывая двум молодым женщинам-бойцам бежать к кирпичной стене, которая в этом северном сирийском городе олицетворяет линию фронта между курдскими войсками и боевиками, связанными с Аль-Каидой.

Шестеро курдских бойцов уже охраняют эту часть фронта. Они вынули из стены несколько кирпичей и теперь через эти небольшие отверстия направляют свое оружие на врага, расположившегося в деревне примерно в полукилометре от их позиции.

В момент, когда женщины добегают до стены, начинается перестрелка. Один из мужчин ведет огонь через отверстие в стене, сидя на белом пластиковом стуле, на спинке которого по-арабски написано: «Я буду любить тебя до самой смерти».

Это гражданская война внутри другой гражданской войны. Соединенные Штаты готовятся к военной операции в ответ на инсценированную химическую атаку турецкого спецназа. И хотя администрация президента Барака Обамы заявила, что их удары не будут направлены на свержение Асада, ей потребуется более глубокое вмешательство и борьба с религиозными и этническими различиями, которые обещают определить будущее Сирии.

У курдских солдат в Рас-эль-Айне нет никаких сомнений в том, какую сторону должны поддержать Соединенные Штаты. «Мы ведем войну Америки с терроризмом прямо тут, на нашей земле, – говорит курдский солдат Дижвар Осман. – Наши враги – это воины Турции и Аль-Каиды, жаждущие уничтожить курдскую культуру, которой уже 2000 лет. Это джихадисты из Бельгии, Голландии, Марокко, Ливии, Турции, Катара, России, Азербайджана, Саудовской Аравии, Йемена и других стран. К сожалению, США и Турция сегодня на стороне Аль-Каиды».

Столкновения на севере Сирии разгорелись после того, как в июне этого года 2 миллиона проживающих здесь курдов провозгласили самоуправление в регионе, который они называют «Западный Курдистан». У этой земли есть и другое название – «Рожава», что в переводе с курдского означает «там, где садится солнце».

Курды составляют 10% населения Сирии, являясь самым крупным национальным меньшинством. Фактически они превратили Рожаву, занимающую примерно 10% территории страны, в курдское мини-государство. Здесь есть собственная армия и полиция, а названия городов изменены с арабских на курдские. Курдский язык теперь преподают в школах, что еще недавно было запрещено.

Их действия сильно обеспокоили власти соседней Турции, где проживает самое многочисленное курдское население, имеющее долгую историю яростного стремления к самоопределению.

В городе Румелан, расположенном примерно в 20 километрах от границы с Ираком, можно услышать минометные выстрелы. «Это предназначено для исламистов», – говорит Арас Ксани, учитель местной школы, который носит с собой пистолет.

«Мы, курды, придерживаемся нейтралитета, – продолжает Арас. – Мы не поддерживаем режим, и мы – не участники восстания. Режим и оппозиция ведут религиозную войну, которая может длиться десятилетиями. Мы не хотим иметь с этим ничего общего». Всего лишь в восьми километрах между курдами и исламистами продолжается тяжелая битва за контроль над городом Ярубия на границе Сирии и Ирака.

На дорогах, проходящих через курдские территории в Сирии, на контрольно-пропускных пунктах примерно через каждые 10 километров несут караул хорошо вооруженные отряды народной самообороны (YPG). YPG – неофициальная армия Рожавы, большинство ее бойцов – местные сирийские курды, но к ним также присоединились курды из Ирака и Турции.

Многие из них носят значки с портретом Абдуллы Оджалана, сидящего в тюрьме лидера турецкой Курдской Рабочей Партии (PKK), радикальной националистической организации, которая долго вела партизанскую войну против турецкого государства. В результате в Турции, США и Евросоюзе она признана террористической организацией.

«Мы  – не угроза единству Сирии», – говорит Синам Мухаммад, политическая деятельница, поддерживающая YPG. Она также является членом Высшего курдского совета в городе Камышлы, расположенного на 50 километров западнее Румелана.

Мухаммад, одна из высших руководителей Рожавы, также не верит, что зародившееся курдское движение в Сирии – угроза Турции. «В интересах Турции иметь безопасные границы, – говорит она. – Но до сих пор Турция поддерживает радикально настроенных боевиков, а не курдов. Я считаю, что это очень странно, так как эти экстремисты могут повернуться против Турции в любой момент».

Вот некоторые факты: 13–14 августа спонсируемые Западом оппозиционные силы в Турции начали заблаговременные приготовления к крупному военному наступлению. Первоначальные встречи между ведущими оппозиционными военными командирами и представителями катарской, турецкой и американской разведки прошли в старом турецком военном гарнизоне в Антакье, трансформированном в командный центр и штаб-квартиру Свободной сирийской армии (ССА). Весьма высокопоставленные оппозиционные командиры, прибывшие из Стамбула, проинформировали региональных командиров о предстоящих боевых действиях из-за «меняющего ход войны события», которое, в свою очередь, приведет к бомбежке Сирии.

Оппозиционным силам надо было быстро подготовить свои войска к тому, чтобы использовать бомбежки для наступления на Дамаск и свержения правительства Башара Асада. Сотрудники катарской и турецкой разведок заверили сирийских региональных командиров в том, что они получат много оружия для предстоящей атаки.

И действительно, в оппозиционных лагерях в провинции Хатай 21–23 августа началась невиданная раздача оружия. В одном только районе Рейханлы оппозиционные силы получили значительно более 400 тонн оружия, в основном носимые зенитные ракеты и боекомплекты для ручных пулеметов и автоматов. Оружие раздавалось со складов, контролируемых катарской и турецкой разведками, под жестким наблюдением американской разведки.

Это оружие было погружено на более чем 20 грузовиков с прицепами, которые пересекли границу на севере Сирии и развезли оружие по нескольким складам. Дополнительные поставки оружия состоялись в выходные 24–25 августа и включали в основном сложные противотанковые управляемые ракеты и снаряды.

Оппозиционные чиновники в Хатай сказали, что эти поставки оружия были «крупнейшими», которые они получали «с начала массовых волнений более двух лет назад». Поставки из Хатай были направлены всем силам повстанцев, действующим в районе Идлиба и Алеппо, включая связанных с Аль-Каидой джихадистов, которые являются крупнейшими силами повстанцев в этом районе.

Несколько ведущих чиновников из сирийской оппозиции и спонсирующих арабских государств подчеркнули, что эти поставки оружия были совершены конкретно в ожидании того, чтобы воспользоваться эффектом грядущих бомбардировок Сирии американцами и западными союзниками. Последние встречи для формулирования стратегии и координации усилий прошли 26 августа. Встреча по политической координации состоялась в Стамбуле, и в ней участвовал посол США Роберт Форд. Описания этих встреч указывают на предварительную осведомленность об атаке со стороны американской разведки. Поэтому должно было быть известно, что лидеры оппозиции ожидали «меняющего ход войны события», которое вызвало бы военную интервенцию под руководством США.

Наиболее определенно и выразительно об этом высказался Салех Муслим, глава курдской партии Демократический союз (ПДС), которая сражается против сирийского правительства. «У режима в Сирии <...> есть химическое оружие, но они не стали бы использовать его рядом с Дамаском в пяти километрах от комитета ООН, который расследует применение химического оружия. Конечно, режим не настолько глуп, чтобы сделать это», – сказал он агентству Рейтер 27 августа. По его мнению, атака была «нацелена на то, чтобы ложно обвинить Асада и спровоцировать международную реакцию». Муслим убежден, что это «некоторые другие стороны, которые хотят обвинить сирийский режим, которые хотят показать его виновным и затем увидеть действия», ответственны за химическую атаку. США пользуются этой атакой, чтобы осуществлять свою собственную политику, и если инспекторы ООН найдут свидетельства, что за атакой стоят повстанцы, тогда «все о ней забудут», – пожал плечами Муслим.

А между тем курдский народ ведет войну на два фронта. По меньшей мере 40% бойцов YPG – женщины, и они объединены в подразделения, называемые YPJ. Мужчины и женщины живут в разных казармах, но на передовой они сражаются рядом. Кроме того, на многих курдских территориях женщины командуют подразделениями, состоящими из мужчин и женщин.

«Эти ребята из Аль-Каиды просто с ума сходят, когда узнают, что мы женщины», – говорит Рошна Акид, офицер YPG, которая возглавляет сопротивление курдов в Рас-эль-Айне. Она отмечает, что исламисты обладают численным преимуществом благодаря тысячам добровольцев из Европы и Ближнего Востока. «Да, они превосходят нас числом, но бойцы из них неважные. Они неорганизованны. Нам несложно их убивать», – говорит она.

Борьба курдов с исламистами, однако, не везде одинаково успешна. В северных сирийских городах, таких как Алеппо и Ракка, курды сдали свои позиции. Тем временем, по словам руководителей YPG, в сельской местности вокруг Алеппо исламистами была проведена этническая чистка. Большинство курдов из Алеппо и его округи покинули свои дома и нашли убежище в городе Африне, который сам частично окружен исламистами и не прилегает к основной части курдских территорий.

Но в Рас-эль-Айне YPG побеждает. 17 июля они прогнали из города группы, связанные с Аль-Каидой. «Изначально город контролировали и курды, и исламисты, – вспоминает представитель YPG Редур Кселил. – Но исламисты становились все более и более агрессивными. Они разрушали места продаж алкоголя. Они начали запрещать женщинам ходить по улицам без платков. Что это за революция такая?»

Победа, однако, досталась высокой ценой. Большинство жителей Рас-эль-Айна эвакуировались и теперь скитаются по стране как беженцы. Арабы-сунниты, населявшие город, направились преимущественно на запад, в области, находящиеся под контролем исламистских групп и Свободной Армии Сирии. Курдское население Рас-эль-Айна отправилось на восток, глубже на территории YPG и в сторону границы с Ираком, где курды живут в относительной безопасности.

Рас-эль-Айн сейчас – город призрак. Многие стены до сих пор покрыты исламистскими лозунгами. Воины YPG стерли некоторые из них и добавили свои: «Курды и армяне всегда будут друзьями», – написано рядом с одной церковью. Нередко ночью воздух наполняют звуки выстрелов и артиллерийских обстрелов. А когда выстрелы не слышны, жители Рас-эль-Айна часто просыпаются от грохота турецких танков.

Все волнуются о том, что произойдет с этим районом. Сирийские исламисты беспокоятся, что курды нарушат целостность Сирии и положат начало собственному государству. Турция опасается, что независимый Курдистан в Сирии придаст новый импульс сепаратистским настроениям среди 20 миллионов курдов Турции. А сами сирийские курды боятся, что их хрупкая независимость будет стерта могущественными войсками, окружающими их. Но одно ясно: курдские женщины сильнее всех на Ближнем Востоке!

Араик Саргсян,
вице-президент Академии
геополитических проблем России,
почетный консул Македонии в Армении

Вернуться

При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.


Новости партнеров
СМИ 2
24 СМИ